23:10 

легенды :3

Strigo
Локи/Сигюн.

Сигюн по уши влюблена в Локи и он это знает. Играясь с ее чувствами, Локи сам не замечает, как начинает проявлять к ней симпатию.

Любовь, о которой во всех девяти мирах испокон веков солгали легенды и песни, Локи никогда не интересовала. На его взгляд амурное чувство затуманивала рассудок и отнимала слишком много времени и сил, которые можно было потрать на что-то более полезное и интересное. Конечно, она была прекрасным инструментом в проделках бога обмана. Влюбленными можно было легко манипулировать, незаметно подвигать на нужные принцу действа и речи, выстраивать на их одурманенных умах и душах превосходные козни и интриги. Но сам влюбляться он никогда не мечтал и не хотел. И, слава Одину, его сердце было ему верно. Сколько Локи себя помнил, он ни в кого не влюблялся. Даже слегка. Никогда.
К слову, в бога обмана тоже влюбляться никто не спешил. Если кто-то из дев Асгарда и испытывал к нему хоть какие-то романтичные чувства, то, видимо, были достаточно благоразумны и очень умело прятали от лживого бога свои сердца. Те же дамы, с которыми Локи заводил мимолетные интрижки, были вполне умны, чтобы не рассчитывать на что-то большее и быстро исчезали из поля зрения принца. Такое положение вещей Локи более чем устраивало. Ему предлагали – он брал. От него прятались – он не замечал. Всегда. Без исключений.
Кроме Нее одной.

Впервые он заметил Сигюн, когда она с другими девушками ждала благородных воинов у врат на тренировочную арену. Закончив свою тренировку раньше других, Локи оставил охваченных энтузиазмом соратников колошматить друг друга дальше и незаметно скользнул в тенистую галерею вдоль внешних стен арены. Здесь было прохладно, темно и можно было спокойно перевести дух после боя с братом до того, как Тор в своей обычной манере начнет хлопать Локи по плечу, гоготать громоподобным басом в ухо и грубо шутить над манерой младшего хитрить во время драки. К тому же рядом в маленьком дворике у каменных скамеек топтались пестрокрылые молодые девы, одна краше другой. Они звонко смеялись, в руках у них были кубки и кувшины с холодной водой, приготовленной для уставших воителей. Пить принцу очень хотелось, но, заслышав, о чем говорят прелестные барышни, он решил не выходить к ним и подслушать. Обсуждали его «скромную» персону и Локи просто не мог не полюбопытствовать.
Строго говоря, ничего интересного или нового он от дев не услышал. Опять рассуждения о том, какой он красивый, но лживый и опасный, сравнивали с Тором и другими асами и так далее, тому подобное и прочее… Скука. Локи даже уже собирался уйти, напоследок наколдовав какую-нибудь мелкую безобидную пакость. Но вдруг девушки принялись смеяться над одной из своих подружек. Из-за ее очевидного неравнодушия к младшему сыну Одина. Поэтому бог обмана все-таки решил остаться и присмотреться к той, кто так неосторожно в него влюбилась. Вдруг пригодится.
У объекта насмешек были рыжие кудри, темные глаза, молочно-белая кожа и стройная прелестная фигура. Она была очень мила, хотя красотой и изяществом манер не поражала. Но все-таки она была достаточно смела, чтобы на шутки подруг отвечать честно и прямо. Ее щеки пылали румянцем и пальцы теребили кончик медной косы, но она даже не думала отрицать очевидное. Да, ей очень нравиться младший принц Асгарда. И, да, она прекрасно понимает, какой он заносчивый и высокомерный…
- Но сердцу не прикажешь, - вздохнула дева и ее подружки взорвались диким задорным смехом.
- Ну и глупая же ты, Сигюн! – хохотали они. – Да, он никогда не посмотрит на девушку титулом ниже леди Сиф или леди Фреи. Так что у тебя в любом случаи нет шансов. Или ты ведьма и знаешь, как приворожить мужчин? Ну-ну, успехов с богом лжи!
В этот момент распахнулись врата арены и во двор шумно высыпались потрепанные, но веселые воины. Барышни тут же забыли о своей глупой подружке и побежали встречать бравых мужей с кристально чистой водой. В общей неразберихе Локи шмыгнул из тенистой галереи, пристроился в хвосте нестройной шеренги воителей и чинно прошествовал с ними к девам. Конечно же, первыми, кому поднесли кубки, были Тор и Фандрал. Внимание остальных неравномерно распределилось по другим воинам. К леди Сиф тоже было особое отношение и почет: немало юных дев мечтали пойти по ее стопам. А вот к Локи никто не торопился подходить, так как для этого нужна была особая наглость и смелость. Но сегодня богу обмана такое невнимание было только на руку.
Зеленые глаза выискали в толпе Сигюн. Рыжая дева стояла в стороне, оттесненная более боевитыми подругами, сжимая в руках массивную серебряную чащу. Взгляд ее темных очей тоже кое-кого искал. А когда нашли, округлились от небывалого изумления и щеки вспыхнули алым ярче прежнего.
Локи подошел к Сигюн не спеша, но целенаправленно, чтобы каждый в толпе смог заметить странную сцену. Подействовало. Все действительно замолчали и во все глаза следили, как младший сын Одина приблизился к девушке среднего сословия и принял кубок из ее рук. Хотя вернее он его забрал, так как от подобного внимания рыжая девица превратилась в соляной столб и руки ее онемели. Краем уха улавливая в толпе перешептывания и нервные смешки, Локи незаметно усмехнулся, пригубил ледяной воды и блаженно прикрыл глаза. Он был более чем уверен, что Сигюн сейчас уже вся красная как маков цвет и готова провалиться под землю. Но когда принц отнял чащу от лица и взглянул на девушку, он увидел не смущение, а ее счастливую солнечную улыбку на кораллово-розовых губах. Только сейчас, стоя почти вплотную, он увидел, что ее глаза на самом деле темно-зеленого цвета, а в огненные кудри вплетены полевые цветы и жемчужины. И что она ни капли не боится. Ни его, ни насмешек, ни слухов. Ничего.

Потом он часто ее видел. Наверное, потому что просто начал ее замечать.
Он видел ее в толпе других девушек, которые с восторженными повизгиванием наблюдали за тренировками воителей Асгарда. Иногда и на церемониях и приемах в чертогах иных вельмож. Всегда Сигюн была тихой и невыделяющейся, но стоило ей поймать взгляд Локи, как она тут же расцветала и сияла ярче солнца. При взгляде на ее искреннее счастье от мимолетного знака внимания принц невольно усмехался, а про себя неизменно называл девушку «глупышкой-дурашкой». Но потом ему стало интересно (вполне вероятно, что просто со скуки), что будет, если дать ей чуть больше? Как она переменится, как себя поведет. А если отнять? Ненадолго, поманить и вернуть. А потом опять. Интересно, надолго ее хватит? Она ведь может быть настолько сильной, чтобы любить Бога Лжи.

Он не стал тянуть кота за хвост, быстро написал ей кроткую, но проникновенную записку и принял выжидающую позицию. Она не заставила себя ждать.
Сигюн примчалась в условленное место в одном из бесчисленных садов Асгарда на всех парах. Ее волосы цвета красной меди сильно растрепались, а быстрое дыхание никак не хотело успокаиваться. Локи про себя посмеялся над ее глупым девичьим волнением, состроил влюбленную мину и, пока барышня не успела опомниться и заподозрить неладное, осыпал ее в ворохе витиеватых и прочувствованных комплиментов и признаний. О том, что давно уже в нее влюблен, можно сказать без ума. О том, какая она красивая, нежная и совершенная. О том, что хочет быть только с ней и его сердце отдано ей одной. Вместо того, чтобы усмирить дыхание, Сигюн кажется и вовсе забыла как дышать и сильно побледнела. Локи опасливо подумал, не перегнул ли он палку и не нужно ли будет ему сейчас ловить впавшую в беспамятство впечатлительную девицу. К счастью падать в обморок рыжая не стала. Наоборот, промаргалась, оклемалась и порывисто бросилась принцу на шею. Как-то само собой получилось, что они поцеловались. Поцелуя как такового Локи не запомнил. Хотя отметил, как приятно от Сигюн пахнет розами.
Потом в ход пошла вторая часть плана. Принц повздыхал и, глядя деве в глаза крайне жалостливым взглядом, толкнул вторую заготовленную речь. О том, что, не смотря на из любовь, вместе они быть не могут. О том, что его дурная репутация испортит ей жизнь. О том, что он сын Одина, а она из нижних сословий и им не позволят так просто быть вместе. Но без нее ему невыносимо… Сигюн внимала словам Локи и к концу монолога в темно-зеленых очах блестели слезы. К счастью, она все понимала и во всем с ним соглашалась. Ее даже не пришлось уговаривать встречаться тайно, а на публику играть равнодушных незнакомцев. Ради любимого она была готова на все.

Но одно дело красивые вдохновленные слова, а совсем другое реальность.
В последующие недели Локи с небывалым удовольствием наблюдал, как страдает связанная секретом Сигюн. Они не могли видеться, когда им захочется. Не могли передавать друг другу записок и подарков, чтобы не спровоцировать подозрения. Под запретом были мимолетные прикосновения, пересекающиеся взгляды и улыбки. Для нее держаться было тяжело, а принц в свою очередь сделал многое, чтобы их роман превратился для нее в яд.
Он перестал смотреть в ее сторону, даже когда рядом никого не было, но они находились на территории дворца или других общественных местах. На людях она стала для него невидимкой. Она в принципе могла поступать так же, но учитывая, что все и так знали о ее чувствах к нему, такое поведение с ее стороны было вовсе не обязательным. Может быть, именно это ее и поддерживало. До тех пор, пока бог обмана не начинал на ее глазах ненавязчиво флиртовать с другими девушками.
Но все-таки терпение Сигюн было просто потрясающим. Локи представить себе не мог, насколько стойкой может оказаться обычная хрупкая и невысокая рыженькая девица. Он видел как ей больно, как хочется расплакаться и убежать, но она продолжала поддерживать их общий спектакль.

Но с другой стороны у нее все-таки была отдушина – их короткие и редкие встречи. В безопасности от чужих глаз Сигюн забывала обо всех обидах и ревности и вновь расцветала как роза. Локи даже не нужно было приносить ей никаких извинений - она прощала его и так. Целовала, обнимала, щебетала, как ей было тяжело, но как же она сильно его любит и она все-все вытерпит ради их счастья. Принц офигивал от такой наивности, но игра все-таки была слишком забавной и пока не успела надоесть, чтобы от нее отказываться. Правда изображать из себя по уши влюблено удавалось не всегда.
Иногда он приходил на свидание в дурном настроении или просто уставшим. Он не издевался над девой, но был с ней крайне холоден, что тоже можно было считать пыткой. По крайней мере Локи был уверен, что если не сдержится и сорвется на Сигюн, она и это ему простит. Хотя имела полное право обидеться и уйти. Возможно даже отвесить пощечину. Ну и дура.
Но странная девица непостижим образом исхитрялась не попадать под горячую руку. То ли у Одинсона на лице была написана инструкция по применению, то ли срабатывала хваленая женская интуиция, но Сигюн быстро научилась вовремя смолкать и не донимать возлюбленного глупыми расспросами о том, как прошел у него день и скучал ли он по ней. Вместо этого она скромно ждала, пока он перебесится, возьмет себя в руки и вновь будет с ней ласковым и дружелюбным. По крайней мере улыбнется и поцелует в щеку на прощание.
Можно было конечно проверить насколько она способна терпеть его характер в подобные моменты, но Локи просто не хотелось. На самом деле он достаточно быстро привык к тому, что хотя бы рядом с Сигюн сможет отдохнуть и оклематься от глупости Тора и его дружков, от болезненного равнодушия отца и прочих раздражающих факторов. Как-то раз в тишине и покое, на затерянной в разросшемся парке скамейке принц и вовсе уснул, устроив голову у молчаливой девы на коленях. Он спал достаточно долго, но Сигюн не нарушила его сон. Смиренно ждала пока ее любимый отдохнет.
Он проснулся не сразу. Подремал еще, окутанный приятным теплом чужого тела и запахом роз. И только когда осознал, что его ласково гладят по смоляным волосам, продрал глаза и взглянул на деву. Сигюн улыбалась.
- Почему я ни разу не видел, как ты флиртуешь с другими юношами? – неожиданно спросонья задал Локи давно мучавший его вопрос.
- Не хочу, - повела плечом девушка. – И не могу. Я слишком верная.
- Но я-то могу, - прыснул бог лжи, не глядя проведя ладонью по девичьей руке. – И ты можешь. Так нас точно никто никогда не заподозрит.
- Ты – это ты, - мягко улыбнулась Сигюн, закрывая глаза и наклоняясь к любимому ближе. – Ты умеешь лгать. А я так врать, как ты не умею и не могу. Даже ради нашего секрета.
- И тебе не больно, когда ты видишь меня с другими? - вскинул бровь принц.
- Больно, - глухо ответила дева и улыбка с ее лица исчезла. – Но я же знаю, что это просто игра на публику.
- Да, - отозвался Локи, привставая на локтях и целуя коралловые губы. – Просто игра…

В последующую неделю жестокость принца резко возросла. Мало того, что он прямо на глазах у Сигюн начал добиваться расположения леди Фреи, так еще и отменил все тайные встречи. Отмазка была проста как бревно: видите ли у его высочества не было времени и он никак не может отлучиться из дворца, о чем очень сожалеет. «Глупышка-дурашка» поверила и ждала, когда вновь окажется во вселенной своего возлюбленного, но на этот раз ожидание ее буквально убивало.
Локи специально делал так, чтобы Сигюн видела их с Фрей. Влюбленная молчала и отводила взгляд, теряясь среди своих беззаботных подружек.
Принц «терял» ее записки и не посылал никаких весточек в ответ. Рыжая дева чахла на глазах.
Апофеоз пришелся на очередной пир, который давал Один в своих чертогах. Приглашены были все. Весь вечер Локи варковал с Фрей, иногда заигрывал с Сиф (но осторожно, а то ненароком можно было и по рогам схлопотать от воительницы или старшего братца) и ни разу не посмотрел в сторону Сигюн. По крайней мере, так казалось со стороны.
Наблюдая украдкой за «возлюбленной», Локи разрывался от озорного веселья. Ревнующая и страдающая Сигюн была смешна и очаровательно одновременно. Она то краснела, то бледнела, нервно теребила кончик косы или подол пастельно-розового платья. Старалась веселиться и болтать с другими гостями, но взгляд темных глаз все равно постоянно устремлялся в сторону любимого. После пары лишних бокалов она осмелела и впервые предприняла попытку задеть принца его же методами. Но флиртовала она с молодыми асами очень неуклюже и неискренне, и от того выглядела еще более жалко. Скорее всего, она понимала это намного лучше других, быстро прекратила неумело кокетничать и, чуть не плача, скрылась в дальнем углу зала. Локи неожиданно стало ее очень жаль. Возможно, он перегнул палку, раз уж робкая Сигюн решилась переступить через свои принципы и заставить его ревновать. Пожалуй, она заслужила красивую и романтичную сцену в освещенном лунным светом сквере под окнами дворца. Но только бог лжи собирался найти девушку, как цепкий взгляд зеленых глаз увидел Сигюн у дверей зала. Плотно прижимая ладонь к животу и сильно ссутулившись, дева ушла с праздника. Ее ухода, кроме принца, никто не заметил.

На следующей день Сигюн прислали прелестную заколку из красного золота с гербом ее семьи. Якобы она обронила ее на пиру. Такой подарок Локи казался идеальным. С одной стороны он извинился, с другой – намекал, что их тайна все еще в силе. Тем более ни одна девушка, любящая вплетать в свои волосы цветы и драгоценности, не сможет устоять перед дивной заколкой. Ну разве только немного повертит носом для виду.
Но то, что через час посильный вернул подарок, Локи никак не ожидал. Причин отказа у слуги принц так и не выведал: согласно его словам юная леди просто попросила вернуть украшение обратно и удалилась в свои покои, сославшись на усталость и недомогание.
- Кокетничает, - беззаботно фыркнул бог лжи и отправился донимать домочадцев жестокими шуточками.
На следующий день Сигюн прислали прекрасное ожерелье из розовых и желтых топазов и желтого золота, которое идеально подходило к ее волосам цвета зари и молочной коже. Подарок отослали обратно без промедления. Даже прикрепленное к шкатулке письмо не было распечатано. А ведь Локи не пожалел времени и над текстом послания корпел почти целый вечер.
«Да что она о себе возомнила!» - злился принц в момент тренировочного боя, без остановок атакуя старшего брата. Тор от такой прыти и непривычной ярости младшего сильно обалдел и едва сдерживался, чтобы одним решающим ударом не успокоить братца. Правда, возможность глубокого нокаута, мысли Локи занимала в последнюю очередь. «Глупая девчонка! Вздумала отказывать мне, сыну Одина?! Набивает себе цену? Хочет быть самой недостижимой и желанной из дев? Хорошо, она будет.»
На следующее утро, ни свет не заря, младший принц отправил приказы лучшим портным Асгарда соткать прекраснейшее платье, расшитое золотом и драгоценными камнями, а кузнецам изготовить богатую, но легкую как перо диадему, напоминавшую венок из цветов и осенних листьев. Перед таким подарком ни одна женщина бы не устояла. Любая, надевшая сей наряд, незамедлительно бы оказалась в центре всеобщего внимания и восхищения, а Сигюн и вовсе бы превратилась в богиню рассвета.
Но только Локи закончил расписывать мастерам свой заказ, как прибежал слуга и вручил принцу записку от «возлюбленной». Юноша прочитал ее незамедлительно. И то, как потемнели его глаза и побелели высокие скулы, напугало всех присутствующих. Через четверть часа бог озорства был уже у дома Сигюн и требовал увидеть молодую хозяйку.
- Ее нет, - покорно уперев взгляд в пол, доложила ключница.
- Но мне передали, что в последнее время ей нездоровится, - яростно шипя, заметил Локи. – Где она, хворая, может быть, как не у себя?
- Она сказала, что ей лучше, приказала седлать коня и уехала, ваше высочество.
- Куда?!
- Она не сказала…
Если бы Локи не умела мастерски отличать ложь, он бы перевернул бы весь дом. Но служанка говорила правду и пришлось быстро соображать, куда могла отправиться дурная девица. Ответ неожиданно появился сам собой. Принц тут же вскочил на своего вороного коня и галопом помчался в сторону моря.
К счастью, он правильно вспомнил то место, о котором она ему рассказывала. Висячие сады полные благоухающих роз, расположенные на высоких скалах. Она говорила, что всегда приходила туда, когда ей было плохо или грустно. Аромат вечно цветущих цветов и шум бушующего моря внизу действовал лучше любых лекарств. Подумать толь, а ему казалось, что он ее болтовню никогда не слушал…
Добравшись до места, Локи сразу же нашел серую в яблоко лошадь Сигюн, спешился и привязал своего коня у того же дерева. Принц нырнул в густые разросшиеся кусты, где была спрятана узкая белая лестница и, перепрыгивая ступеньки, взбежал наверх. В нос ударил запах соли и роз. Приятный бриз разметал черные пряди. Перед глазами открылся удивительный вид: огромная усыпанная цветами поляна, свирепое могучее море впереди и высокое лазурное небо на головой. А в центре композиции, прямо на покрывале из розовых бутонов спиной к юноше сидела прекрасная дева. В серебряно-сером платье, длинными распушенными волосами с алым отливом. Хрупкая и нежная, как цветок или маленькая птичка.
- Сигюн!
Она обернулась. В руках у нее был недоделанный венок и несколько бусинок, которые она собиралась прикрепить к стебелькам. Глаза были сухими, но все еще красными от пролитых слез, а на губах и тени улыбки.
- Мой принц? – удивилась девушка, смерив встрепанного юношу непонимающим взглядом. – Что вы здесь делаете?
Локи ее вопрос пропустил мимо ушей и, плотно сжав зубы, показал скомканную записку.
- Как это понимать? – прошипел он, нервно дернув бровью. Сигюн коротко взглянула на письмо и отвернулась.
- Я все написала, ваше высочество, - равнодушно ответила дева, вновь принимаясь сплетать цветы в венец. – Между нами все кончено. Забудьте обо мне… Ай!
Длинные цепкие пальцы больно сжали девичье плечо. Локи с силой заставил Сигюн встать на ноги и взглянуть на него. Серебряные и жемчужные бусинки упали вниз и затерялись среди бархатных лепестков.
- Да как ты посмела бросить меня так?! – сорвался принц. – Если уж решилась, то могла бы проявить уважение и сказать мне обо всем лично, а не на жалком клочке бумаги!
- Ты бы тогда меня точно отговорил! – чуть ли не плача, вскрикнула девушка. – Ты кого хочешь убедишь, а меня и подавно! Но я больше не могу! Локи, пусти! Мне больно!
Она попыталась вырваться, царапая держащие ее руки. Но чем больше она сопротивлялась и старалась отступить назад, тем сильнее он ее прижимал к себе.
- Я был с тобой, - гневно скалился Локи. – Тебе этого мало? Ты, второсортная богиня. Вечная статистка. Ты должна была быть благодарна мне, что я вообще на тебя посмотрел!
- Отпусти! – закричала Сигюн, рассвирепев, и наотмашь ударила юношу по лицу. На высокой скуле вспыхнули мелкие короткие царапинки. От неожиданности принц выпустил деву и та быстро шарахнулась назад. Поскользнулась на оброненной бусинке и чуть было не сорвалась с края поляны прямо в свирепствующее внизу море.
На самом деле она бы вряд ли упала. Ей бы вполне хватило ловкости, чтобы ухватится за торчащие рядом корни и ветки кустов. Но принц об этом не думал.
Локи быстро поймал покачнувшуюся на краю девушку и дернул назад. Вместе молодые боги упали на бархатный покров из роз и застыли в объятиях на долгую минуту.
Сигюн отошла от шока первой. Она осторожно пошевелилась в руках принца, сбрасывая оцепенение.
Они посмотрели на друга, на морскую даль, снова друг на друга и медленно приподнялись на локтях.
- Уффф, - облегченно выдохнула дева, падая обратно в ложе из цветов. – Определенно, ничего подобного я не планировала.
Локи осоловело моргнул, озоновая прозвучавшие слова, и медленно обернулся к девушке.
- Что? – вопрос больше походил на щелчок зубами. Тонкие губы юноши исказила недобрая усмешка. Сигюн сжалась, понимая, что взболтнула лишнего, но быстро вспомнила все обиды и с вызовом посмотрела принцу в глаза.
- А ты как думал? – смело спросила она. – Бог коварства и лжи предлагает мне тайный роман и я должна поверить в его искренность? Тоже мне, нашел дурочку.
- Тогда зачем согласилась? – нервно дернул бровью Локи.
- Потому что я правда тебя люблю, - выпалила Сигюн. – Я понимала, чем рискую, но другого шанса побыть с тобой рядом я не видела. К тому же хотелось узнать, ради чего ты вообще затеял все этот фарс. И быть может…
- Быть может? – вскинулся принц, опасно нависая над девушкой.
- Я бы тоже стала тебе мила, - прошептала рыжая, инстинктивно стараясь вжаться в землю.
- И поэтому бросила, – язвительно заметил юноша, уперев руки по обе стороны от головы юной богини.
- Не совсем так, - уклончиво ответила раскрасневшаяся барышня. – Ты проверял мое терпение, а я проверила тебя. Если бы ты пришел, то значит я тебе действительно нужна. А если нет, то…
- То все было бы кончено раз и навсегда, - закончил за нее Локи. Сигюн быстро кивнула.
- Будешь мстить? – опасливо спросила она.
Принц коварно улыбнулся. Опустился на локти, запуская одну руку под узкую девичью спину и прижимая девушку к себе. Такую трепетную, но невероятно стойкую и смелую.
- Я тебе отомщу, - заверил бог свою любимую, жадно вдыхая нежный запах роз. – Я тебе так отомщу, что весь Асгард еще долго вспоминать будет!

- Локи, прощу тебя, только не это.
- Что? Неужели ты испугалась? Ты же даже меня не боишься! А я поопаснее ётунов буду. Коварнее уж точно.
- Не смешно, - обиженно буркнула Сигюн, вырывая свою руку из цепких пальцев принца, и принялась вновь перебирать рыжее кудри. Локи широко усмехнулся и весьма довольным взглядом вновь окинул деву с ног до головы.
Он был прав. В богатом платье, расшитым золотой ниткой и украшенном топазами, и дивной диадеме на медноволосой голове его возлюбленная выглядела самой прекрасной из женщин Асгарда. Намного краше грубоватой Сиф или ветреной Фреи.
Только вот сама Сигюн, видима, быть первой среди богинь не особо хотела.
- Ну что ты в самом деле, - ласково шепнул бог лжи деве на ушко. – Ты совершенство. Позволь другим увидеть как ты сияешь.
- Мне достаточно только твоего внимания, - яростно прошептала в ответ барышня. – А теперь обо мне будет судачить весь Асгард. Но одно дело, когда ты обычная девушка, а совсем другое…
- А что ты хотела?
Рыжая вздрогнула и посмотрела в лукавые зеленые глаза.
- Любимая, - мурлыкнул Локи, - ты же не думала, что если станешь мне мила, то останешься прежней?
Он поймал ее ладошку, поцеловал пальцы и протянул их сцепленные руки вперед, как подобает этикетом. Сигун наконец-то переборола страх, расправила плечи и улыбнулась солнечной улыбкой своему возлюбленному.
До их выхода в полный народа парадный зал оставались считанные секунды. Вот уже Тор с леди Сиф поклонились Одину и Фригге. Настал момент младшему принцу представлять родителям свою невесту.

3,5 [12] [NC-17!] Локи\Сигюн. Локи экспериментирует с магией.

Сигюн спит. Ее сон глубокий и крепкий. Ее белая грудь спокойно вздымается и опускается. Ее рыжие кудри раскиданы по мягким подушкам, будто застывшие в вечности языки пламени. Она спит, ей снятся прекрасные сладкие сновидения. Она еще не знает, что по темным простыням ее широкой постели ползет змея.
Локи лукаво улыбается. Сигюн, его молодая жена, понятия не имеет, что ее муж вернулся наконец-то из своего затянувшегося похода по другим мирам. Никто в Асгарде не знал. Потому что он так хотел.
Для бога обмана не было труда пробраться во дворец, который он с малых лет знал, как свои пять пальцев, незамеченным. Он, конечно, мог появиться с фанфарами, обнять соскучившуюся мать, пожать руки брату и отцу, расцеловать прекрасную жену. Но ему не захотелось. Для всех он припас сюрпризы, но родственники подождут до утра. А вот Сигюн получит свой сейчас. Глубокой душной ночью.
Локи выходит из тени и упирает вытянутые руки в изголовье кровати. Перед ним лежит спящая Сигюн, а вдоль ее ног ползет красная змея. Жена мягкая, теплая, податливая. Точно белая и красная глина в руках бога лукавства. И сейчас он посмотрит насколько ее можно раскалить, прежде чем она растрескается на осколки.
Змея скользит под тонкое одеяло. Сигюн вздыхает во сне и вяло отбрасывает покрывало в сторону. Этой ночью слишком жарко, чтобы укутываться. Локи в предвкушении облизывает нижнюю губу, видя, как сильно у жены задралась ночная рубашка, пока богиня ворочалась во сне. Богиня верности и терпения. «Да ладно.»
Змея прижимается к белым в лунном свете ногам и постепенно превращается в красный чернильный рисунок. С розовых губ спящей срывается вздох. Нарисованная змея скользит по бархатной коже, обвивает бедра и скрывается под тонким шелком сорочки. Сигюн вздрагивает всем телом. Ее милое личико хмурится, но уже в следующий миг озаряется блаженством. Женщина слегка выгибается в спине, во сне прикасаясь к шее и груди. Дышит часто, быстро. Усмешка Локи становится еще шире.
Змея скользит по телу и чувство такое, будто плоть осыпают тысячью жарких поцелуев. Узорчатая красная лента движется по животу, по бокам, между грудей. Замирает по очереди на темных сосках. Белоснежные пальцы сжимают черные простыни. Сигюн кажется, будто ее ласкают. Ей снится, как ее ласкают.
«Вопрос только кто», - думает бог лжи и нехорошо скалится. Ему давно хотелось проверить, так ли верна ему жена, как она сама говорит. Он просто не верил, что во всех девятерых мирах нашлась бы женщина, способная так безоговорочно терпеть и хранить верность такому мужу, как Локи. Любить его и верить.
Ему всегда казалось, что ему нет места в Асгарде, пускай он и сын Одина. Мать и отец все равно больше любят Тора. Другие асы вовсе сторонятся и не доверяют. Так смотрят собаки на маленького волчонка. Вроде бы похож на своего и бросать жалко, но все равно чужой. Чужой крови. Поэтому, пускай в стае, но любить его безоговорочно, не ожидая подвоха и предательства, не может никто. Тем более обычная женщина, на вроде Сигюн.
Поэтому он проверяет ее в миг, когда она наиболее уязвима. Супруг далеко и неизвестно, когда вернется, а снах проявляются самые потаенные и сокрытые желания. А Локи немного надо. Достаточно, чтобы супруга просто выдохнула одно имя. Как обычно, когда они были близки. Но на этот раз правдивое. А то знаете ли, у женщин тоже языки из серебра, как и у бога обмана. Тем более у таких рыжих и пламенных ведьм.
Сигюн жарко. Ее тяжело дышать. Рубашка прилипла к взмокшей пояснице, с висков сбегают хрустальные бисеринки пота. Змея скользит по изгибу локтя, нежно овивает запястье, и вновь ускользает к самым чувствительным местам. Ниже и ниже. Локи кажется будто он даже слышит как быстро и трепетно бьется сердце в груди жены. На самом деле один лишь взгляд на разгоряченную супругу ему более чем достаточно, чтобы внутри все вскипело от желания быть с ней рядом. На ней. В ней. Но не станет же он, мастер интриг и козней, срывать свой план из-за какой-то животной страсти?
Сигюн дрожит и мечется на постели. Жадные вздохи перемешиваются со стонами. Она уже вся такая влажная, напряженная и горячая. Локи закусывает губу, неотрывно наблюдая за женщиной потемневшим взглядом изумрудных глаз. Пыльцы сжимают изголовье до побелевших костяшек. Смотреть на нее тяжелее, чем он думал. Ждать от нее измены больнее, чем он мог себе когда-либо вообразить.
Сигюн замирает на миг и сильно прогибается в пояснице. Вот-вот, осталось совсем немного…
- Локииии!!!
Сон разбивается на тысячи осколков. Сигюн вздыхает, просыпаясь, и смотрит блестящим взором в полумрак, разбавленный лунным светом. Ее приснилось или нет? Не бывает же настолько реальных и ощутимых снов. Женщина убирает волосы со взмокшего лба, садится на постели… И вновь падает обратно, придавленная чьим-то чужим весом. В красные от прилившей крови губы впились чужие уста. Такие знакомые и желанные.
- Локи? – выдыхает рыжая богиня, чуть отстраняясь, чтобы рассмотреть в полутьме лицо мужа. Его чарующие зеленые глаза.
- Сигюн, любимая, - улыбается ее бог. Они вновь целуется. Она смеется сквозь поцелуй и пара белых рук, жадно стаскивает с мужа походную одежду. Он и раньше снился ей, когда пропадал на тропах между миров, но сегодняшней ночью ей хотелось просто раствориться в нем, пропасть и исчезнуть. Наверное, он что-то с ней сделал, отравил или запутал, но ее совершенно все равно. Он ее, а она его. И так будет всегда.
Красная змея незаметно соскальзывает с соленого и горячего женского тела, теряется в складках скомканных простыней и вновь появляется на стене. Она быстро ползет вверх и замирает изящным рисунком на потолке, над милующимися счастливыми супругами. Нарисованная пасть открывается и на кончике тонкого клыка застывает красная капля.
запись создана: 13.07.2013 в 01:12

@темы: Заметка

URL
   

Влюбленная в жизнь

главная